barabulkin: (непонимание)
Привет друзья. В течение последней недели я основательно почистил(и всё ещё чищу) свою ленту. Удалил тех, кого мне не интересно читать или взгляды с кем у меня не сходятся. Ничего личного. Каждый из нас имеет свои интересы и взгляды на то, из чего должна состоять лента. Так как сам я пишу очень редко и пратически уверен, что вы сами меня не читаете или читате только случайно(реально меня читает 4 человека и почитывает ещё максимум столько же), предлагаю вам удалить меня из своей ленты, чтобы обидно не было. Чтобы быстро выяснить, попали ли вы под мою горячую руку или нет, зайдите в мою инфу и посмотрите "в друзьях у", если вы там, то значит попали. Я понимаю, что вам обидно(а кому плевать - респект вам и уважуха), поэтому просто удалите меня к чёртовой матери у себя и всё встанет на свои места. Спасибо.

P.S: Да, я знаю про фильтры, но кроме основного фильтра друзей, испытательного фильтра для новых друзей(который я постоянно читаю и пытаюсь понять - интересно ли мне) и фильтра с хитрым названием "Умняк", мне другие не нужны. Или я читаю вас или нет.

P.S.S. Френдинги и прочие акции себя, почему-то :), не оправдали. Из десятка зафренженных (по совету хороших людей) и абсолютно интересных людей, интересно читать максимум двоих. Так что теперь снова по-старинке - сам ищи, сам добавляй, тогда хоть совесть не будет мучать, что тебе ответили взаимностью, не дай бог, читают, а тебе не интересно читать стало... Все мы разные. И слава богу (а на душе всё одно осадок неприятный...что-то я впечатлительный стал)

Звиняйте если что, но мне и в реале друзейскоторыминехочетсяНОНАДОдружить хватает. Хоть здесь что-то изменю. Я читаю тех, кто мне интересен, и без взаимной дружбы. Не гордый.

Если кого-то по ошибке убил, отпишитесь, проверю ошибка ли это в действительности.
barabulkin: (непонимание)
Привет друзья. В течение последней недели я основательно почистил(и всё ещё чищу) свою ленту. Удалил тех, кого мне не интересно читать или взгляды с кем у меня не сходятся. Ничего личного. Каждый из нас имеет свои интересы и взгляды на то, из чего должна состоять лента. Так как сам я пишу очень редко и пратически уверен, что вы сами меня не читаете или читате только случайно(реально меня читает 4 человека и почитывает ещё максимум столько же), предлагаю вам удалить меня из своей ленты, чтобы обидно не было. Чтобы быстро выяснить, попали ли вы под мою горячую руку или нет, зайдите в мою инфу и посмотрите "в друзьях у", если вы там, то значит попали. Я понимаю, что вам обидно(а кому плевать - респект вам и уважуха), поэтому просто удалите меня к чёртовой матери у себя и всё встанет на свои места. Спасибо.

P.S: Да, я знаю про фильтры, но кроме основного фильтра друзей, испытательного фильтра для новых друзей(который я постоянно читаю и пытаюсь понять - интересно ли мне) и фильтра с хитрым названием "Умняк", мне другие не нужны. Или я читаю вас или нет.

P.S.S. Френдинги и прочие акции себя, почему-то :), не оправдали. Из десятка зафренженных (по совету хороших людей) и абсолютно интересных людей, интересно читать максимум двоих. Так что теперь снова по-старинке - сам ищи, сам добавляй, тогда хоть совесть не будет мучать, что тебе ответили взаимностью, не дай бог, читают, а тебе не интересно читать стало... Все мы разные. И слава богу (а на душе всё одно осадок неприятный...что-то я впечатлительный стал)

Звиняйте если что, но мне и в реале друзейскоторыминехочетсяНОНАДОдружить хватает. Хоть здесь что-то изменю. Я читаю тех, кто мне интересен, и без взаимной дружбы. Не гордый.

Если кого-то по ошибке убил, отпишитесь, проверю ошибка ли это в действительности.
barabulkin: (снег)
Рассказ доделан на основе первоначальной критики.

 

Пробуждение героя

Шурке снится, что он плетётся по снегу за своей подружкой Дашей в школу. Даша, с усмешкой, оглядывается на него, смотрит озорным взглядом из-за натянутого на нос шарфа и кричит. – Сашка, какой же ты смешной! Хочешь за мной ухаживать, а даже портфеля моего не взял. Тоже мне  "Джентльмен из шестого „В“ ". – Даша хохочет и швыряет Шурке свой портфель. Шурка, сопя, поднимает его и, в который раз, думает – «тяжелый-то какой.» – Даааш, – жалобно тянет Шурка, – а ты в субботу к Рыжей пойдёшь? У неё будет день рождения... Мама сказала, что я могу тебя пригласить... – Даша оборачивается и, серьёзно посмотрев Шурке в глаза, говорит: – Нет, Шурка, не пойду, меня уже Лёха пригласил. С чего бы мне с тобой идти? Вот если бы ты, скажем, геройский поступок совершил, спас бы, скажем, Лёху того же, тогда бы я подумала. И вообще, я Насте расскажу, что ты её Рыжей зовёшь! ... – Вдруг Шурка замечает, что из глаз у Даши начинают течь слёзы. – Шурка! Ты спасёшь Лёху? Пожалуйста! – она старается не зареветь,  у него же мама расстраиваться будет. – Слышен резкий школьный звонок. Он звучит непривычным, назойливым и очень громким пи-пи-пи-пи-пИИИп, пи-пи-пи-пи-пИИИп, пи-пи-пи-пи-пИИИп. Даша поворачивается и бежит к школе, перед самыми дверями она оглядывается, вытирает слёзы варежкой и кричит: – Спаси Лёху, Шурка, мы лучше все вместе к Рыжей пойдём, только поспеши, пожалуйста! – Шурка стоит один посреди заснеженного поля, в руках у него Дашин портфель. Кругом веет вьюга, и поле медленно погружается в темноту. «Кирпичи у неё там что ли?» –  успевает удивиться Шурка, перед тем как звонок начинает звучать всё громче и громче, проникающий, назойливо-бездушный, вырывая Шурку из сна и заставляя срабатывать отточенные рефлексы. Шурка просыпается.

 

Он вскакивает с койки, руки рефлекторно хватают и натягивают комбинезон, когда Шурка понимает, что тревоги больше не слышно. В липкой тишине чётко слышится странный тикающий звук. Он проникает откуда-то из-за внешних обшивочных слоёв, что само по себе не возможно. За перегородками открытый космос, а значит и звука быть не может. Шурка стремительно застёгивается и выскакивает в пустой коридор. Гнетущую тишину нарушает только странное тиканье, что усиливает у него ощущение какой-то беды... скорее даже не беды, а сосущего осознавания неизбежности. «Началось» –  понимает Шурка. То, чего он всегда, втайне от всех, желал. Уже совершенно ясно, что корабль атакован и, что спасать его придётся ему, Шурке – молодому курсанту ЭАКПгС, а если по форме, то (громко) «Выпускник Элитной Академии Космической Пехоты галактического Сообщества Александр Троймер! »  (И салют рукой). Пока он бежит в оружейный отсек, в голове проносятся картины будущей битвы:

Вот он, вооруженный только лишь парализатором, врывается в грузовой отсек, в котором, в данный момент, суетливо копошатся космические пираты и, ловко перекатившись за контейнер, уворачивается от последовавшего выстрела из бластера.

Вот он, ткнув парализатором в ногу рослого пирата, выхватывает из, ставших безвольными, рук штурмовой вариант лёгкого дугового пулемёта „Жнец“. Такие пулемёты запрещены в армии галактического сообщества из-за высокой вероятности поражения мирных жителей и из-за гарантированных мучений жертвы, которая редко умирает от выстрела сразу.

Вот он, тренированным броском перекатывается на линию открытого огня и, ещё в прыжке, стреляет веерной плазменной дугой по группе, не успевших опомниться, пиратов, которые пытаются взломать код доступа к транспортному шлюзу... У них есть всего пять минут, пока не сработала аварийная блокировка и принудительное включение защитного комплекса „Бессонного“

Шурка добегает до оружейного отсека, рывком сдвигает защитную переборку и хватает бластер. Он смотрит на полные оружейные полки и понимает, что, похоже, кроме него тревогу никто не услышал и корабль спит. Той малой помощи, на которую можно было бы рассчитывать, не будет. Как всегда в выходные, основной экипаж корабля ушел в увольнительную и улетел на ближайшую космостанцию. На „Бессонном“ осталось лишь несколько инженеров-техников, помощник капитана Ирина Борисовна (до чего же неприятная тётка, всегда лезет со своими нравоучениями и выговорами), андроиды-уборщики и несколько, таких же, как и Шурка, курсантов-выпускников. В общей сложности, не больше двенадцати человек, большинство из которых гражданский балласт. «Чёрт, почему я не могу геройски спасти корабль и экипаж под хорошим прикрытием » – думает Шурка, на ходу застёгивая кобуру с бластером и проверяя крепления парализатора. «Где сейчас остальные курсанты? Возможно, уже мертвы или, связанные по рукам и ногам, валяются где-то в грузовом отсеке. Я должен их спасти» – решает Шурка. На душе становится веселее, он знает, что у них есть шанс, ведь он, Шурка, ещё жив и готов к бою. Жаль, конечно, что здесь нет „Мамы“, капитана первого ранга, но выбирать, к сожалению, не приходится. Мама (так курсанты зовут за глаза капитана малого многоцелевого корабля „Бессонный“) или официально Татьяна Владимировна, очень хорошо относится к Шурке. Она видит его потенциал, она понимает, на что он годен. А это уже многое значит. Шурка вздыхает и улыбается. Она бы точно навела здесь порядок, но она, к сожалению, сейчас тоже на космической станции с курсантами в увольнении. Ничего не поделать, придётся справляться самому, хотя, если честно, так даже интереснее.

Шурка вручную открывает служебный люк в грузовой отсек и видит, недалеко от группы контейнеров, скрюченного Лёху. Лёхина рука скребёт пол палубы, глаза прикрыты. «Ну конечно, как всегда полез на рожон, тоже мне – лучший курсант потока! дурак» – злясь, думает Шурка. Даже гражданским было бы ясно, что если ему не помочь в ближайшее время, он больше не жилец. Лёха давно уже не был другом Шурки. Теперь он был лучшим курсантом академии (Шурка презрительно кривится), его уважали офицеры и ставили в пример остальным курсантам. Быть его другом означало, что ты - один из лучших. Неудивительно, что Лёха задирал нос и держался обособленно. «Ну вот», – думает Шурка, – «вот ты и поплатился за свою высокомерность. Ничего, потерпи, сейчас я тебе помогу» –внутренне улыбается он. «Ты ещё поймёшь, как был не прав тогда, на контрольной по враждебной фауне Зеркса и спутников, когда ты стащил мою шпаргалку и смеялся над моей беспомощностью вместе с Дашкой... Дашка... Не думать о ней, не расслабляться!» –  Шурке нужна полная концентрация, он должен выйти победителем и вернуться к ней. Лучше всего, конечно, с медалью „За отвагу при спасении гражданских“, она всегда им симпатизирует... И зазнайке этому Лёхе тоже симпатизирует... Но теперь у них всё получится. Вот теперь-то уж, точно. И она пойдёт с ним на выпускной бал. Лёха всё равно ранен и так быстро не поправится. Хотя от него, конечно, всего можно ожидать.

«Как всё-таки всё удачно складывается» – думает Шурка – «заключительная практика оборачивается настоящим шансом начать карьеру уже героем!» – Шурка улыбается глазами, наблюдая из-за контейнера за снующими у пульта управления шлюзом пиратами. Их восемь. Три штурмовых бластерных атвомата, тяжелая плазменная турель и у остальных бластеры и парализаторы. «Джентельменский набор. Прорвёмся».

Read more... )
barabulkin: (снег)
Рассказ доделан на основе первоначальной критики.

 

Пробуждение героя

Шурке снится, что он плетётся по снегу за своей подружкой Дашей в школу. Даша, с усмешкой, оглядывается на него, смотрит озорным взглядом из-за натянутого на нос шарфа и кричит. – Сашка, какой же ты смешной! Хочешь за мной ухаживать, а даже портфеля моего не взял. Тоже мне  "Джентльмен из шестого „В“ ". – Даша хохочет и швыряет Шурке свой портфель. Шурка, сопя, поднимает его и, в который раз, думает – «тяжелый-то какой.» – Даааш, – жалобно тянет Шурка, – а ты в субботу к Рыжей пойдёшь? У неё будет день рождения... Мама сказала, что я могу тебя пригласить... – Даша оборачивается и, серьёзно посмотрев Шурке в глаза, говорит: – Нет, Шурка, не пойду, меня уже Лёха пригласил. С чего бы мне с тобой идти? Вот если бы ты, скажем, геройский поступок совершил, спас бы, скажем, Лёху того же, тогда бы я подумала. И вообще, я Насте расскажу, что ты её Рыжей зовёшь! ... – Вдруг Шурка замечает, что из глаз у Даши начинают течь слёзы. – Шурка! Ты спасёшь Лёху? Пожалуйста! – она старается не зареветь,  у него же мама расстраиваться будет. – Слышен резкий школьный звонок. Он звучит непривычным, назойливым и очень громким пи-пи-пи-пи-пИИИп, пи-пи-пи-пи-пИИИп, пи-пи-пи-пи-пИИИп. Даша поворачивается и бежит к школе, перед самыми дверями она оглядывается, вытирает слёзы варежкой и кричит: – Спаси Лёху, Шурка, мы лучше все вместе к Рыжей пойдём, только поспеши, пожалуйста! – Шурка стоит один посреди заснеженного поля, в руках у него Дашин портфель. Кругом веет вьюга, и поле медленно погружается в темноту. «Кирпичи у неё там что ли?» –  успевает удивиться Шурка, перед тем как звонок начинает звучать всё громче и громче, проникающий, назойливо-бездушный, вырывая Шурку из сна и заставляя срабатывать отточенные рефлексы. Шурка просыпается.

 

Он вскакивает с койки, руки рефлекторно хватают и натягивают комбинезон, когда Шурка понимает, что тревоги больше не слышно. В липкой тишине чётко слышится странный тикающий звук. Он проникает откуда-то из-за внешних обшивочных слоёв, что само по себе не возможно. За перегородками открытый космос, а значит и звука быть не может. Шурка стремительно застёгивается и выскакивает в пустой коридор. Гнетущую тишину нарушает только странное тиканье, что усиливает у него ощущение какой-то беды... скорее даже не беды, а сосущего осознавания неизбежности. «Началось» –  понимает Шурка. То, чего он всегда, втайне от всех, желал. Уже совершенно ясно, что корабль атакован и, что спасать его придётся ему, Шурке – молодому курсанту ЭАКПгС, а если по форме, то (громко) «Выпускник Элитной Академии Космической Пехоты галактического Сообщества Александр Троймер! »  (И салют рукой). Пока он бежит в оружейный отсек, в голове проносятся картины будущей битвы:

Вот он, вооруженный только лишь парализатором, врывается в грузовой отсек, в котором, в данный момент, суетливо копошатся космические пираты и, ловко перекатившись за контейнер, уворачивается от последовавшего выстрела из бластера.

Вот он, ткнув парализатором в ногу рослого пирата, выхватывает из, ставших безвольными, рук штурмовой вариант лёгкого дугового пулемёта „Жнец“. Такие пулемёты запрещены в армии галактического сообщества из-за высокой вероятности поражения мирных жителей и из-за гарантированных мучений жертвы, которая редко умирает от выстрела сразу.

Вот он, тренированным броском перекатывается на линию открытого огня и, ещё в прыжке, стреляет веерной плазменной дугой по группе, не успевших опомниться, пиратов, которые пытаются взломать код доступа к транспортному шлюзу... У них есть всего пять минут, пока не сработала аварийная блокировка и принудительное включение защитного комплекса „Бессонного“

Шурка добегает до оружейного отсека, рывком сдвигает защитную переборку и хватает бластер. Он смотрит на полные оружейные полки и понимает, что, похоже, кроме него тревогу никто не услышал и корабль спит. Той малой помощи, на которую можно было бы рассчитывать, не будет. Как всегда в выходные, основной экипаж корабля ушел в увольнительную и улетел на ближайшую космостанцию. На „Бессонном“ осталось лишь несколько инженеров-техников, помощник капитана Ирина Борисовна (до чего же неприятная тётка, всегда лезет со своими нравоучениями и выговорами), андроиды-уборщики и несколько, таких же, как и Шурка, курсантов-выпускников. В общей сложности, не больше двенадцати человек, большинство из которых гражданский балласт. «Чёрт, почему я не могу геройски спасти корабль и экипаж под хорошим прикрытием » – думает Шурка, на ходу застёгивая кобуру с бластером и проверяя крепления парализатора. «Где сейчас остальные курсанты? Возможно, уже мертвы или, связанные по рукам и ногам, валяются где-то в грузовом отсеке. Я должен их спасти» – решает Шурка. На душе становится веселее, он знает, что у них есть шанс, ведь он, Шурка, ещё жив и готов к бою. Жаль, конечно, что здесь нет „Мамы“, капитана первого ранга, но выбирать, к сожалению, не приходится. Мама (так курсанты зовут за глаза капитана малого многоцелевого корабля „Бессонный“) или официально Татьяна Владимировна, очень хорошо относится к Шурке. Она видит его потенциал, она понимает, на что он годен. А это уже многое значит. Шурка вздыхает и улыбается. Она бы точно навела здесь порядок, но она, к сожалению, сейчас тоже на космической станции с курсантами в увольнении. Ничего не поделать, придётся справляться самому, хотя, если честно, так даже интереснее.

Шурка вручную открывает служебный люк в грузовой отсек и видит, недалеко от группы контейнеров, скрюченного Лёху. Лёхина рука скребёт пол палубы, глаза прикрыты. «Ну конечно, как всегда полез на рожон, тоже мне – лучший курсант потока! дурак» – злясь, думает Шурка. Даже гражданским было бы ясно, что если ему не помочь в ближайшее время, он больше не жилец. Лёха давно уже не был другом Шурки. Теперь он был лучшим курсантом академии (Шурка презрительно кривится), его уважали офицеры и ставили в пример остальным курсантам. Быть его другом означало, что ты - один из лучших. Неудивительно, что Лёха задирал нос и держался обособленно. «Ну вот», – думает Шурка, – «вот ты и поплатился за свою высокомерность. Ничего, потерпи, сейчас я тебе помогу» –внутренне улыбается он. «Ты ещё поймёшь, как был не прав тогда, на контрольной по враждебной фауне Зеркса и спутников, когда ты стащил мою шпаргалку и смеялся над моей беспомощностью вместе с Дашкой... Дашка... Не думать о ней, не расслабляться!» –  Шурке нужна полная концентрация, он должен выйти победителем и вернуться к ней. Лучше всего, конечно, с медалью „За отвагу при спасении гражданских“, она всегда им симпатизирует... И зазнайке этому Лёхе тоже симпатизирует... Но теперь у них всё получится. Вот теперь-то уж, точно. И она пойдёт с ним на выпускной бал. Лёха всё равно ранен и так быстро не поправится. Хотя от него, конечно, всего можно ожидать.

«Как всё-таки всё удачно складывается» – думает Шурка – «заключительная практика оборачивается настоящим шансом начать карьеру уже героем!» – Шурка улыбается глазами, наблюдая из-за контейнера за снующими у пульта управления шлюзом пиратами. Их восемь. Три штурмовых бластерных атвомата, тяжелая плазменная турель и у остальных бластеры и парализаторы. «Джентельменский набор. Прорвёмся».

Read more... )

Profile

barabulkin: (Default)
barabulkin

March 2015

S M T W T F S
1 234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 21st, 2017 04:29 pm
Powered by Dreamwidth Studios